сегодня: запустила кофемашину, настроила помол, сделала эспрессо;
получила первые 6 кг кофе от "монтекко", заказала СТОЛЬКО всего в бар ))
(и столько всего ещё не заказала!)
нашими общими усилиями и кухня, и бар почти готовы к работе: всё чистое, всё расставлено, только рейлинги для бокалов ещё едут
владо закончил мозаику на столах, повесил зеркало, пристроил динамики внутри и снаружи там, где им и положено быть
завтра посуда
завтра "katunjanin" привезёт напитки
через несколько дней городу отключат воду; готовимся, восстанавливая насос к ёмкости на 3 кубика, срочно перекраиваем трубы и подводим электричество
в субботу вечером мои родители возвращаются из болгарии, в субботу вечером прилетает самолёт с нашим семинаром
и они десять дней буду заниматься йогой тут у моря
а мне не хватает времени спуститься на пляж или даже позаниматься дома
зато я набросала меню завтраков, которые будут специально для них
сейчас девять вечера, сижу за мозаичным столиком и напротив меня пустая витрина; вечерний променад идёт вовсю
по сравнению с утренним затишьем - очень много людей!
(круизный лайнер, заходивший в котор, уже вышел из бухты и скрылся за мысом)

в последнее время очень много езжу, но почти никогда одна -
все время на соседнем сиденье в., который рассказывает увлекательные истории про сайлентблоки, троллейбусы, тонкости или с ним просто можно обсудить текущие дела
но вот вчера вечером мы ездили в цетинье забирать крошку мазду у ацо
она получила номера (пока - цетинские) и ждала нас около лесопилки, вся присыпанная мелкой древесной стружкой
(так девочки посыпают волосы блёстками, собираясь куда-нибудь вечером)
так что обратно мы ехали парой, владо взял мазду и уехал вперед, а я провела два замечательных часа за рулём и в полном одиночестве
спуск от цетинье к будве похож на ту дорогу над морем во французской экранизации "здравствуй, грусть", по которой анна и сесиль едут на маленьком открытом джипе:
при спуске справа скалы или склоны, затянутые сетками от оползней породы, в одном месте шумит водопад, я не успеваю на него посмотреть и только по силе звука понимаю, насколько он мощный; слева - резко уходящая вниз зеленая стена и черепичные крыши будвы и соседних поселков, блестящие на солнце окна и двери террас, тронутое едва видной отсюда ленивой серебристой волной мелководье и дальше темнеющая, набирающая цвета морская гладь. людей не видно и города выглядят неподвижными, залитыми светом, и всё это особенно красиво сверху в движении, когда с каждой секундой ты приближаешься к этому пейзажу, чтобы ещё немного и плавно раствориться в нём, стать одним из красных огней, видимых сверху, особенно ясно - на закате, когда включают вечернее освещение, и вокруг загораются фонари, витрины и вывески. я никогда не останавливаюсь на смотровых площадках: собственное движение делает твое участие в окружающем более ощутимым
я много раз проходила все эти повороты, туннели и неожиданные места, где дорога ныряет под нависшие скалы, но никогда - одна; думала, что майку можно будет выжимать; но всё оказалось не так страшно и мы с синим спокойно и аккуратно спустились на пониженной передаче, мчались по пустой дороге к тивату, когда уже темнело, и в девять вечера поплыли на пароме через пролив домой. no big deal, конечно, тем более, что впереди у нас еще много таких часов, но хочу запомнить (тем более, что мы молодцы)
(особенно хочу запомнить бешеный рейсовый автобус, который летел навстречу, наполовину заняв нашу полосу)

плюсы: каждый раз, если делать, уверенности всё больше, механизм простой и срабатывает всегда;
минусы: не с кем поговорить во время поездки - раз; много заигрываний - два ))

крошка мазда: чересчур мощный двигатель для её веса, очень чуткие педали, ну и, конечно, такой красивый цвет. легко берёт все черногорские подъёмы, новый мотор работает тихо и нежно, как и положено; такая низкая, такая короткая, что, когда она отъезжает, её можно гладить по крыше, как кошку. она появилась почти к моему дню рождения, так что, хотя она и не принадлежит мне, я всё-таки не могу не считать её немного своей. в воскресенье она отправится на всё лето в прокат, но я уже успела поездить и оценить, что нравится, а что нет.
кроме всего прочего, нравится ездить на цетинских номерах! и никто не оценивает тебя по машине, на которой приехал. она здешняя - это почти инкогнито.

Сегодня - 21 мая - день независимости Черногории, никто не работает. В городе в семь утра непривычно тихо. Над пальмами, над общиной, над пустыми парковками идет почти невидимый серебристый дождь, приглушая все звуки. Мы уже давно живем в совершенно ином графике, где каждый день является рабочим, и только отчасти считаемся с буднями и выходными, но невозможно не ощущать эту разницу в течении времени: сладкий и праздный дух воскресенья, собранный и спешный темп понедельника; необъяснимая красота, когда дни смещаются, и в понедельник все спят допоздна; и живущие вне этих городских смен туристы, которые привезли с собой свой праздник, и гуляют по улицам в легком упоении от затяжного отпуска, сладкого садового воздуха, прекрасного столового вина за копейки в любом магазине и моря, вкрадывающегося в любой вид между кипарисами, черепичными крышами, телевизионными антеннами и каменными стенами старых крепостей.

На прошлой неделе Златко привез доску для барной стойки, а завтра должно прибыть все остальное дерево.
Цвет спорный, но с мозаикой столешниц будет сочетаться хорошо; решили не перекрашивать.
В. уже неделю работает в мастерской у Драгана в Приеворе: сварил сумасшедше красивые крепления для всех конструкций. Соединившись, дерево и железо должны превратится во внутреннюю мебель.
Наружная мебель уже заказана и ждет нас на складах в Радановичах и в Ульцине. И, надеюсь, что ждать ей осталось не слишком долго.
С каждым днем становится все теплее.
В конце недели будем разбирать оставшиеся коробки с посудой, будем вешать красивые белградские лампы над стойкой, будем открывать витрину, включать кофемашину, заводить музыку и начнем тест-драйв выпечки, во время которого бар уже будет работать )

Драган, как мне кажется, относится к нам почти как к детям. Предложил В. поработать у него в мастерской, и это было так кстати: как раз нужно было варить и красить все это железо. Мастерская - в Приеворе, Приевор - село около самой хорватской границы.
В. там сваривает железки до поздней ночи, а я вышла в поля, вроде как жена тракториста, на самом деле просто доехала на такси и мы пили кофе в окружении ржавых наковален, старых деревянных верстаков, ключей, и так далее.

Таких незавершенных построек как эта - очень много в Черногории. Большой участок, прекрасное место. Фундамент есть, проект оформлен до конца, два первых этажа отлили, но вдруг на этом все останавливается. Балконы без перил, оконные проемы затянуты пленкой и из бетона торчит арматура, намекая на серьезные возможности надстройки третьего, четвертого, пятого этажа. Все останавливается, когда заканчиваются деньги; когда заканчиваются деньги и больше неоткуда их взять, энергия немного угасает. Серое бетонное двухэтажное строение стоит среди деревьев под склоном холма, аккуратно закутанное в полиэтилен, выставившее вверх железные прутья будущих стен; площадка, выровненная под парковку, заросла травой; картонные двери аккуратно закрыты на замки; но вообще тут все смотрят трезво на вещи. Чего-то не хватает - это да, но крыша и стены есть - значит, работать можно. Драган, как и все остальные, использует эту свою radionicu по полной.
На первом этаже - налажено производство итальянского мороженого; на втором - склад старых витрин, которые летом расходятся по городу, а осенью опять собираются здесь; и здесь же мастерская со сварочными аппаратами, рубанками, перфораторами, массой запасов и так далее; В. говорит, что просто мечта.

И вот мы пьем густой горячий кофе, который я приготовила внизу, в цехе мороженого; сидим на пыльных ржавых стульях. В. выключил сварку, и так везде тихо. С обеих сторон горные стены уходят вверх неожиданно высоко, на склонах кипарисы и тонкие сосны; автобус, проезжающий в Хорватию над нашими головами, кажется таким маленьким, что его можно взять в руку и привязать на веревочку. Около мастерской стоит старая лодка, заваленная всяким хламом - сетки, фонари, сачки, якоря. Древесина сгнила, вокруг каждого гвоздя обшивки маленькая отметина ржавчины; и все ребра шпангоутов ей можно пересчитать. Драган сейчас делает ремонт в своем "Шквере" и вещи оттуда лежат у ворот мастерской, тихо обозначая конец одного рыбацкого ресторана и начало нового. И вот мы пьем кофе, у меня болит горло, летает оса, в кипарисах щебечет дрозд, недостроенное здание спит, как большое сильное животное, даже во сне отзываясь на любую заботу о себе; я не знаю, что заставляет меня так думать, но все ржавые стулья, огромные двойные мойки, трубы, сети, деревянные ящики, окружающие нас, - хлам и старье, - отмечены заботой и таким серьезным вниманием, таким уважением, что сразу чувствуешь: они хорошо послужили. Драган без всякого сожаления и сентиментальности избавиться от них, когда придет время и они будут окончательно не нужны, но это время точно придет еще не скоро.

В целом, полёт нормальный. Отважный микробиолог Т.Н. самостоятельно ездит по стране, вчера посетил Цетинье. Мы немного волновались, но в Цетинье Т.Н. тут же нашла себя русскоговорящего пожилого историка, работающего в музее короля Николы, и, судя по всему, прослушала краткий курс истории Черногории.

Завтра в Тиват прилетают мои родители, а в конце недели мне 25 ))

море: с утра спокойное, но к полудню поднимается ветер и оно начинает звучать. китаец все утро возится в своей красной надувной лодке под солнцем. встречаем его: мы спускаемся в кафе, он поднимается к своему дому, одетый в водолазный костюм, с гарпуном в руке. - ничего не поймал, - говорит; и у него во дворе, как всегда, лает собака.

вино: розовое villa cardini raboso - вино географического наименования, венецианское. неожиданно оказывается игристым, не нравится.

хлеб: уже два месяца я не покупаю хлеб в магазине и пеку дома, это никогда не надоедает; но вчера я провела вторую половину дня в гнезде из одеял и носовых платков. никогда бы не подумала, что аллергия может быть такой сильной. и что это такой отличный шанс выспаться. делаю джала нети два раза в сутки и уже могу дышать. хлеб взял на себя в.: ржаная + пшеничная интегральная мука, чернослив, грецкие орехи и семечки.

кафе: с утра оттираю от пыли все любимые предметы. тестомес благополучно перенес эвакуацию на время перепланировки, то же можно сказать и про стол, и про печь и расстоечную камеру, а нежная кофемолка лишилась одной резиновой лапки и стала неустойчивой. в okov я нашла какую-то резиновую пробку для водопроводных дел: худо-бедно, но она заменяет крошечную лапку. бойлер течет, вентиляция гудит. не удержались, и в этот раз покрасили вытяжку над печью и пароотводящую трубу золотым. ждем: дерева, чтобы собрать стойку, полку над стойкой и столы внутри; договора с morsko dobro, чтобы поставить столы и витрину снаружи; инспекцию от urbanizama (формальность). проходя мимо и глядя в раскрытые двери, женщина говорит внуку: - a, rusi su otvaraju! потом заглядывает и спрашивает - когда. потом говорит - очень вкусный у вас был кофе. потом уходит, а я, естественно, почти танцую с хромой кофемолкой в обнимку.

семинар: москва выкупила билеты, прилетают второго.

сегодня: из москвы приехал наш знаменитый микробиолог т.н., привез гостинцы, конфеты, водку и переходник для камеры. это значит, что сейчас кэнон получит объектив гелиос-44-2 2/58. маша, я даже не могу передать, как я тебе благодарна!

сегодня: проводишь рукой по волосам - и на пальцах остаются мелкие крупинки соли. мы впервые купались еще в конце апреля, а сегодня после нескольких гребков вода кажется уже совсем теплой. на пальцах и запястьях крошечные царапинки от камней. на наших скалах люди. клубника неделю назад стоила 4 евро, а сегодня уже 2. такой вкусной никогда не было, а привилегия разбирать пакеты с покупками - у меня ))

над нами все время летают самолеты и это значит, что лето начинается.
над будвой летают парапланеристы, сразу по шесть штук разом, и это значит, что лето начинается.
над тиватом летают самолеты: аэродром, пустой зимой, начинает по-настоящему работать.
можно ходить в шортах и есть мою любимую еду: теплый ужин заменяют груши, клубника, авокадо, маслины и бокал портвейна или другого вина.
цветут: розы, абрикосы, мандарины. цветут: даже те деревья, которые зимой были похожи на холодные коряги, и, кажется, не должны были цвести.
у меня аллергия и, стоит выйти из дома, как я начинаю трогательно плакать, глядя на все это.
цветет: жасмин. жасмин распускается и благоухает вечером с наступлением прохлады. до того как приехать в черногорию два года назад, я представляла себе жасмин в основном в чайной кружке.
невозможно проснуться позже 6-30 - слишком много света и звуков снаружи.
холодные каменные комнаты, в которых леденеешь зимой, становятся просто спасением от всего этого летнего блеска.
я нарисовала меню и на очереди pozivnice и большой плакат
сосредоточься на КОФЕ. сосредоточься на МИЛЛИМЕТРАХ. сосредоточься на ОРНАМЕНТАХ.
иногда - особенно ночью, бессоница - просто паника
иногда - особенно когда поговоришь с кем-нибудь - просто потрясающая уверенность во всем
и решимость
на днях ездили в цетинье - я люблю ездить в цетинье, потому что там ты где-то на километр ближе к облакам, чем у моря. ребята в автосервисе встречают синего, как знакомого, и уводят на пост. мы сидим в кафе, пока ему меняют штучки в стабилизаторе поперечной устойчивости, время движется к трем. дорога - сервис у самой дороги - затихает. ребята устраивают паузу и все выходят из боксов: сидя на солнце, едят мороженое. пики, славко, никола - словом, все. за сервисом - маленькая площадка, на которой свалены в груду машины, не пережившие лобовых столкновений. маленький бронзовый сузуки и черный ситроэн - у обоих моторы просто вдавлены в салон. и надо всем густая прохладная тишина. если подойти к краю площадки, становится видно долину, где лежит старая королевская столица, и синие стены гор.
а потом всю дорогу глушитель рычит сильнее, чем обычно, и что-то постанывает. мы приезжаем и оказывается, что один болт не закрутили. наверное, это славко бросил, потому что пики не бросил бы. я тоже лезу под машину посмотреть на новые штучки у стабилизатора и на незакрученный болт и надолго остаюсь там.
- яна, как закончишь, у меня там тоже можешь посмотреть, - предлагает радэ, указывая на свой форд )
- я слышала, что русские так делают, - говорит милка, поливая из шланга перед домом, - чуть что поломалось, сразу жена.
- если поедешь в россию, будь готова! - отвечает в.

Послание к Международному дню танца 2003 года

В этом году мы ехали в Герцег-Нови из Москвы.
Дорога от через Украину, Румынию и Сербию. Это 7 дней, 2 894 км, 43 часа езды.
(из которых В. провел за рулем 40, а сколько я - вы посчитаете ))

1: Москва-Киев, 872 км.

Мы в Киеве, завтракаем перед тем, как ехать дальше во Львов.

Вся дорога заняла в общей сложности 17 часов: выехали из Москвы в девять утра в метель.
Я пятнадцать минут счищала снег со стекол, пока В. располагал вещи. Хочется меньше вещей, в два, в четыре раза меньше. 
Взяли два каппучино в "Кофебине" на Пятницкой, поболтали с Назаром (все еще работает там). "Кофебин" - это одна из традиций отъезда, это одна из традиций Москвы.
Уютные подоконники, выкрашенные желтым стены, крепкий и яркий запах свежесмолотого кофе, поднимающийся от кофемолки на посту, где стоит кофейная машина La Marzzokko. Я знаю ее звуки наизусть. Именно этой кофейной машины, стоящей в одной из тысяч московских кофеен. Неработающие кнопки автоматического пролива, идеальное совпадение пазов, когда холдер вставляется в группу, шуршание молока, когда оно заворачивается воронкой вокруг пароотвода и поднимается шелковым облаком вместо того, чтобы закипать. Для создания эспрессо вам потребуется 23 секунды. Я считаю про себя. Вода проходит сквозь кофейную таблетку - 23 секунды, а подставленная чашка всегда должна быть нагрета заранее. Именно здесь, отсчитывая про себя 23 секунды идеального пролива, я превращаюсь из того, кто наблюдает за своей жизнью и не может ничего с этим поделать, в того человека, который совершает каждое свое действие сам. Первое, что я делаю - это кофе. Пока возникает эспрессо, я взбиваю молоко в пену. Перекидываюсь парой слов с гостем, для которого готовлю кофе. Подставляю блюдце. Для первого раза даже этого может быть достаточно.
  
Киевская трасса так не похожа на Ленинградку, по которой мы совсем недавно проехали. Здесь почти нет населенных пунктов вдоль дороги, которые сбивают тебе скорость и медленно пустеют по мере того, как годы идут.
Везде сквозные 90, но дорога почти не загружена.
В Московской области снегопад превратил дорогу в колейный ад влажных снежно-ледяных торосов.
Куски слежавшегося снега из-под колес встречных грузовиков так бьют в лобовое стекло, что а) тут же исчезает всякая видимость б ) тебе кажется, что еще немного и ты окажешься вообще без стекла.
Каждое перестроение по этим колеям - не знаешь, куда потом уедешь.
Калужская область: сквозь асфальт проступают бетонные плиты.
В Брянске просто не существует мест, где можно быстро и правильно пообедать: через два часа блужданий по городу мы нашли только совершенно совковые бар "Баварию", кофейню "Рио" и кафе "Чин-Чин", выстроившиеяс в ряд, похожие друг на друга как близнецы,; а также закрытое кафе "Луч".
Через два часа мужественных попыток не сдаваться, уехали.

На границе (Бачивск) ласково-хамоватые пограничники: - А это что? - Доска. - Вы художник? - Да. - Талантливый?
А это что? - Корица, специи. - Разная бывает корица... Куда едете? - В Черногорию. - Умнички. Ожидайте в машине.

А потом сразу полная луна, звездная ночь, идеальная дорога с аккуратной разметкой, монолог "Эх, Русь, птица-тройка" прочитан (почему Русь, когда уже Украина?), дождь строго по районам (в Козелецьком есть, а в других нет) и заправки, у одной из которых на логотипе изображена "крыса, кусающая луну", а у другой - многоногий жук на желтом фоне. Мы спросили у девушки за кассой, что за жук (заправка называется "кло" ) : выяснилось, что это специальная вошь, которая питается нефтью. Информация непроверенная! Но нефтедобывающая вошь выглядит невероятно симпатично, потом я покажу вам фотографию, это столичная сеть заправок и станции встречаются часто. Выходишь из машины на такой станции, вокруг прохладная темнота и уютная густая тишина, как в детстве в деревне; кажется, что сейчас вдалеке запоют.

Простыни, которыми застилаю bunk bed ночью кажутся красными, утром оказываются темно-синими.
В скобках все по поводу того, как невероятно красиво в Киеве и как хочется остаться здесь.
4 часа сна, едем во Львов.